RSS  |  Сделать стартовой  |  В избранное  |  ИА "Взгляд-инфо"
 
№ 352 от 22 ноября 2016 г.  
Саратовский взгляд
Без категории
Михаил Трухин: «Мы все оказались в заложниках у сериалов»
29 октября 2007, 12:59
Автор: Елена Балаян

За что всенародно любимый «мент» ненавидит криминальные сводки

 

Михаил Трухин приехал в Саратов в рамках гастролей МХТ имени Чехова. И сразил поклонников наповал, на глазах превратившись из главного мента страны в героя шекспировской трагедии. В спектакле молодого талантливого режиссера Юрия Бутусова актер, известный широкому зрителю по сериалам «Убойная сила» и «Улица разбитых фонарей», сыграл не абы кого, а самого принца датского. Казалось бы, о чем еще мечтать человеку после такой роли?

Оказывается, есть о чем. Михаил Трухин уверен: роль в «Фонарях» сильно подпортила его профессиональный имидж, помешав войти в большое кино. Своими переживаниями по этому, а также некоторым другим поводам актер любезно поделился с читателями «Взгляда».

 

Быть или не быть – это не вопрос

 

– Для начала давайте поговорим о «Гамлете». Вы, наверное, в курсе, что спектакль произвел на саратовцев неизгладимое впечатление. По-вашему, это хорошо, когда грань между искусством и жизнью стирается настолько, что люди буквально перестают владеть собой?

– Если спектакль за гранью искусства, наверное, это не очень хорошо. Хотелось бы, чтобы это все-таки было нечто контролируемое с точки зрения физиологических процессов. С другой стороны – подобный отклик меня радует. Ведь зрители идут в театр, чтобы получить какие-то эмоции. Неважно, смех это или грусть, важно, чтобы это было искренне. Я никогда не понимал людей, которые говорят: «Ты знаешь, я так здорово отдохнул сегодня  в театре!» Отдохнул – значит поспал. Зачем тогда вообще куда-то ходить? Ложись себе дома на диване и спи на здоровье...

– Вы так выкладываетесь на сцене, что в течение спектакля с вас в буквальном смысле сходит семь потов. Если не секрет, как восстанавливаетесь после такой нагрузки?

– Ну, поскольку это профессия, то и подход ко всему профессиональный. Перед спектаклем главное не отвлекаться какими-то посторонними делами, а концентрироваться на роли. А после до койки бы добраться и лечь спать. Если завтра играешь спектакль, просто необходимо успеть выспаться, иначе будешь не в форме. Театр как спорт – нагрузки бешеные, зато сколько адреналина!

– Многие зрители, видевшие «Гамлета», удивились смене вашего амплуа. Все привыкли видеть в вас питерского опера и вдруг такое преображение…

– Ломать стереотипы – самое приятное, что может быть в актерской профессии. Для меня как для актера задача номер один – удивлять. Самого себя и зрителей. Расти, изменяться, искать что-то новое. Замечательно, что возникает недоумение. Значит, в своей профессии мы кое-чего да стоим.

– Тяжело было вживаться в роль?

– Конечно, тяжело. Во-первых, это был мой дебют на сцене МХТ, куда я приехал из Питера поначалу как приглашенный артист. Тяжело и ответственно. Не то чтобы я всю жизнь сидел дома и мечтал о «Гамлете». Я вообще не думал, что такое предложение ко мне когда-то прилетит.

Мы с Юрой много сделали до этого спектаклей вместе – и «В ожидании Годо», и «Войцека» в Питере, в театре Ленсовета, и «Сторожа» в театре на Литейном, и «Женитьбу» – еще в институте. В общем, поработали очень много. И он меня очень хорошо знает, и я его. Он знает мои краски и ходы, я его. В этом смысле было проще. Плюс мне очень помогли мои однокурсники Костя Хабенский и Миша Пореченков, которые к тому времени уже два года работали в МХТ.

– Не знаю, корректно ли об этом говорить, но информация в прессе уже распространилась. Я имею в виду несчастье, которое случилось с вашим другом Константином Хабенским, точнее, с его женой…

– Говорить о несчастье я бы не стал. Это неприятность, которая случилась и с которой надо бороться. И я не хотел бы распространяться на эту тему. Могу лишь сказать, что Анастасии сделали операцию, которая прошла удачно (после родов врачи обнаружили у супруги актера Константина Хабенского опухоль мозга – Авт.)

– Когда Костя играл, было видно, что он очень переживает, что ему тяжело. Тем не менее, он вышел на сцену и играл очень самоотверженно…

– Ну а как иначе? Зрители купили билеты, тысячный зал сидит и ждет представления. В нашей профессии по-другому не бывает. Нас еще наш мастер так учил. Он говорил, что отменить спектакль может только смерть. Причем не чья-то, а твоя собственная. Больше ничего…

 

Сняться в сериале

и не офонареть

 

 – В одном из интервью вы сказали, что продлили контракт с сериалом «Улица разбитых фонарей» еще на полтора года. Нет ощущения, что съемки превратились в рутину?

– Наверное, есть. Даже не «наверное», а точно. Но было бы странно отказываться от работы только потому, что тебе это надоело. Все мы в той или иной мере стали заложниками сериалов. Все каналы крутят эти серии и днем, и ночью. И не только в России,  но и в Украине, Израиле. Даже по кабельному телевидению в Америке, по русскому каналу. Все это растиражировано уже до каких-то немыслимых размеров. Я вам могу сказать, что роман с кино у меня так до сих пор и не сложился. Я имею в виду с большим кино, с полным метром, что называется. И я уверен, что произошло это потому, что я попал в этот сериальный капкан. Теперь не только зрители, но и режиссеры воспринимают меня исключительно сквозь призму «ментовского» образа. И оттого, что я перестану сниматься в новых сериях, ситуация в лучшую сторону для меня уже не изменится.

– Но у вас же были роли в кино и помимо ментовских сериалов…

– Кое-какие роли были. В «Детях Арбата», в «Гибели империи» Хотиненко. Сейчас я снялся у своего однокурсника Миши Пореченкова в его дебютной картине «День Д». Но все это совершенно не в том объеме, в каком хотелось бы.

– Как вы думаете, почему на нашем ТВ так много некачественных сериалов? Понятно, что продюсеры зарабатывают на этом деньги. Но неужели нельзя одновременно зарабатывать и делать хорошую, качественную продукцию, а не эту безвкусную жвачку, которую мы все в той или иной степени вынуждены жевать?

– Не доросли мы пока до этого. В телевизионных продуктах мы гонимся, прежде всего, за размещением рекламы. Поэтому сериалы снимаются только для того, чтобы забить эфирное время. А заодно чтобы поиметь с этого деньги. Лишь единицы думают о зрителях и о том, чтобы снимать что-то достойное.

– Бывший актер нашей Драмы Сергей Сосновский, который служит теперь у вас в МХТ, как-то рассказывал, что во время съемок ему часто приходилось играть «с колес». Что сценарии вручаются актерам едва ли не по дороге на съемочную площадку, так что человек даже толком не знает, что именно ему предстоит сейчас сыграть…

– А сериал – это всегда с колес. В нашем сериале одна серия снимается в лучшем случае неделю. И зачастую приходится делать чужую работу, что, в общем, раздражает. Вообще съемки в сериалах – это постоянная борьба с плохими сценариями, когда на ходу ты вынужден доделывать то, что не доделал сценарист. И эта борьба отнимает не только время, но и нервы.

– Неужто в нашей стране нет хороших сценаристов?

– Есть, но все они работают в большом кино.

 

Криминальный форс-мажор

 

– Поскольку речь зашла о телевидении, скажите, как вы относитесь к передаче «Битва экстрасенсов», которую ведет ваш друг Михаил Пореченков, и ко всем этим паранормальным реалити-шоу на канале ТНТ?

– (улыбаясь) Я к Михаилу Евгеньевичу отношусь с большим уважением, но дело в том, что я не смотрю телевизор. Если только новостные программы. Не знаю, почему. Это как сапожник без сапог. Наверное, я так крепко связан с телевидением, что лучше книжку почитаю, чем буду что-то смотреть. Так что я, что называется, не в материале и не знаю, что там Михаил Евгеньевич делает с экстрасенсами.  

– А как насчет криминальных сводок? Вам как человеку, побывавшему в ментовской шкуре, это должно быть интересно…

– Вот уж нисколько. Вообще то, что нам сегодня показывают во всех этих чрезвычайных происшествиях… Ну я не знаю, какую нацию мы воспитываем. Я просто не понимаю, в чем тогда задача телевидения. Мне кажется, этот ящик должен все-таки нести какую-то позитивную энергию. А когда на вас в середине дня сваливается расчлененка и детоубийства… Я, конечно, понимаю, что это страшно, что кто-то должен об этом говорить. Но пусть этим занимаются правоохранительные органы, а не телевидение. Это не его задача. Зачем делать из этого телепередачу, да еще с таким оттенком желтизны? Ведь у нас это именно так подается. И я не понимаю, почему я должен это смотреть и почему это должны смотреть мои дети, которые наверняка черпают из этого какой-то опыт. Детская преступность – она же не на пустом месте возникает…

– На вас это так сильно влияет?

– Конечно. Это же просто выносит мозг…

– Раз люди смотрят, выходит, это востребовано…

– Людей подсадили на это. Телевидение вообще очень опасная, циничная и расчетливая вещь. Не все так просто…

– А что это за фильм, который снял Михаил Пореченков, и когда он выйдет?

– Он выйдет в апреле этого года. Съемки закончились в сентябре. Это боевик, римейк американского фильма «Команда» с Арнольдом Шварценеггером. Главную роль сыграл сам Миша Пореченков. Я играю там такого гламурного подонка. На мой взгляд, очень симпатичного (улыбается).

– Правда, что в детстве вы были страшным заучкой?

– Да, я много читал в детстве. По крайней мере, с 1 по 7 класс. В то время еще были популярны библиотеки и люди в них ходили. Я из библиотек буквально не вылезал. Все читал и читал, даже в футбол с мальчишками не ходил играть!

– Это родители вас так воспитали или вы сами рвались к чтению?

– Не знаю, как-то так сложилось. Мне было просто интересно, вот и все.

С тех пор я не делаю ошибок в письме. Ну и багаж какой-то есть. Сейчас вот Чехова и Булгакова перечитываю. Да нет, ну чего я тут сижу и о книжках рассуждаю, прямо умный такой…

 

«Такие мужики, как Краско,

должны попадать в рай…»

 

– Значит, теперь вы столичный житель. По Питеру не скучаете?

– Я все равно живу в поезде, в «Красной стреле». Потому что съемки проходят в Питере, а театр в Москве. Так что нет времени скучать по родному городу.

– Не тяжело от постоянных скитаний?

– Тяжело, но у нас профессия такая – жить в поезде, самолете.

– Жена не ругает, что дома не бываете?

– Жена воспитывает детей. А вообще мы в разводе…

– Что так?

– Так сложилось…

– Сколько же у вас детей?

– У меня дочка и сын. Егору 10 лет, Даше – 7.

– В одном из интервью вы говорили, что дружили с Андреем Краско. Расскажите, как вы познакомились?

– Это было еще в институте. Андрей Иванович вышел из той же мастерской, что и мы. И нас связывало, наверное, какое-то единошколие, что ли, в одной среде актерской мы варились. Он приходил на все наши спектакли. Да с ним нельзя было не дружить. Жить в одном городе с Краско и не дружить было невозможно. Потом в Москве мы тоже довольно тесно общались. Андрей был очень добрым и компанейским человеком. Я считаю, что такие мужики обязательно должны попадать в рай…

Последние выпуски
№ 352 от 22 ноября 2016 г.
№ 351 от 26 ноября 2015 г.
№ 350 от 11 декабря 2014 г.
№ 349 от 16 декабря 2013 г.
№ 50 (348) 27 декабря 2012 г.
№ 49 (347) 20  26 декабря 2012 г.
№ 48 (346) 13-19 декабря 2012 г.
№ 47 (345) 6-12 декабря 2012 г.
№ 46 (344) 29 ноября  5 декабря 2012 г.
№ 45 (343) 22-28 ноября 2012 г.
 Архив новостей
О нас




статьи