RSS  |  Сделать стартовой  |  В избранное  |  ИА "Взгляд-инфо"
 
№ 352 от 22 ноября 2016 г.  
Саратовский взгляд
Без категории
ПУТЕШЕСТВИЕ В МОНАСТЫРЬ
12 июля 2007, 14:28
Автор: Елена БАЛАЯН, Фото Юрия НАБАТОВА

ПЕРВОЕ ЗНАКОМСТВО

 Я стою лицом к монастырским воротам. Настоятельница монастыря матушка Феодосия, с которой мы договорились о встрече, занята - обговаривает с каким-то важным гостем «что-то насчет водопровода», и у меня есть достаточно времени, чтобы осмотреться.
Первое, что бросается в глаза, - это купол. Он большой-пребольшой и золотой-презолотой - блестит и переливается в лучах уже вечернего солнца. Над куполом - небо, тоже очень большое и красивое. Наваристые кучевые облака висят так низко, что, кажется, еще чуть-чуть и достанут до креста. Облака пушистые, а крест высокий и острый, он может проткнуть их как вату или как воздушный шарик, такое впечатление складывается, когда смотришь на эту ирреальную картинку.
Слева над монастырем, словно защищая его от любых внешних вторжений, сплошной зеленой стеной раскинулся высокий холм. А вон, далеко внизу, белеет крышами домов шумный и пыльный Ленинский район. Отсюда, с высоты «монастырского полета» он весь как на ладони - смешной и маленький, почти игрушечный.
В воздухе за оградой пахнет ладаном и цветами. Цветов здесь много, отчего вся территория выглядит обжитой и ухоженной. У входа в иконную лавку наблюдаю забавную картину: мужчина средних лет, судя по всему, из местных, пытается урезонить двух маленьких козочек, убежавших, как выяснилось, за монастырскую ограду и едва пойманных «на месте преступления». У козочек интересная «родословная». Родились они прямо на Пасху, а это, как известно, праздник, в который не то что родиться, умереть и то почетно. Знают ли козы о свалившемся на них счастье, сказать сложно, но, судя по их чистой белоснежной шерсти, на монастырских хлебах им живется совсем неплохо. Был еще с ними братец козлик, также появившийся на свет в день светлого Христова Воскресенья, но вскоре был продан - мяса сестры не едят даже по большим праздникам, а молока с козла, ясное дело, не стребуешь.
Храм во имя иконы Божьей Матери «Одигитрия» Смоленская, тот, который с золотым куполом, сестры строят уже лет десять: на выручку от продажи икон и свечей, а также немногочисленные пожертвования от спонсоров. Сейчас строительство близится к концу, храм еще в лесах, а все службы идут в старой маленькой церквушке. По словам матушки Феодосии, в праздники в старой церкви не протолкнешься, так что строительство нового вместительного храма вполне оправдано.
Сейчас среда, и народу на службе почти нет. Трое мужчин и две женщины, одна из них с ребенком - вот и вся паства. Но молоденькой монахине и двум поющим на клиросе послушницам это совершенно неважно. Их тонкие высокие голоса звучат отрешенно, так, словно рядом никого нет.
В советские времена на месте, где сейчас находится алтарь, был абортарий. Теперь каждую неделю сестры поют молебен 14 тысячам младенцев от Ирода в Вифлееме избиенных, пытаясь отмолить души тех, кто убил своих детей еще во чреве. Грех аборта считается в православии одним из самых тяжких и приравнивается к убийству. Отмаливать его надо не неделю и не месяц, а всю жизнь. Служба является эксклюзивной, в обычных храмах такие не служат. Отсюда и число желающих на ней присутствовать. Женщины и девушки приезжают сюда со всего города и даже из области. Вместе с сестрами они обращаются в молитве к вифлеемским младенцам, первым мученикам за Христа, с просьбой испросить для них прощение за содеянное.

ПРАВОСЛАВНЫЕ КАНИКУЛЫ

Поставив свечки, направляюсь к монастырскому общежитию - вполне себе современному четырехэтажному зданию с зеленой черепичной крышей и пластиковыми окнами. Под окнами - роскошная клумба, молодая девушка в «гражданской» одежде поливает цветы и одновременно молится вслух. Рядом с ней две девчушки в белых платочках забавляются с водой, бьющей высокой струей из продырявленного в одном месте шланга. На вопрос, кто вы такие, не смущаясь, отвечают: интернатские. А что делаете в монастыре? Цветы поливаем. А еще что? Ну, еще рисуем, по хозяйству помогаем. А не скучно, в игры поиграть не хочется? И не скучно, и в игры играем, не беспокойтесь...
Воспитанниц саратовских интернатов и детских приютов сестры Свято-Алексиевского монастыря берут к себе «на поруки» уже не первый год. Никакой самодеятельности, все официально, с разрешения органов опеки и попечительства. Живут «сиротки» в отдельных комнатах на полном пансионе. Монахини сами занимаются с ними рисованием, смотрят фильмы, ездят в паломнические поездки - словом, «окормляют духовно».
Конечно, иногда приходится и потрудиться, и дело тут не только в банальной дисциплине. «В интернате им говорят: ничего не делайте, за вас все сделают воспитатели, - объясняет свою позицию матушка Феодосия. - Вырастая, они элементарно не могут себя обслужить, не говоря уже о том, чтобы найти работу, создать семью. Таким образом, не монастырь, а государство ставит крест на нормальной мирской жизни своих воспитанников...»
В монастыре же все наоборот, девочек приучают трудиться, и не просто приучают, а прививают любовь к труду. Им говорят: вы будущие мамы и жены, значит, надо учиться убирать за собой, мыть посуду, готовить еду, стирать и т.п. То, что дети находятся под контролем бдительных педагогов, само собой разумеется. Буквально за несколько часов до нашего прихода в монастырь приезжала директор 5-го интерната посмотреть, в каких условиях живут ее подопечные. Над двумя девочками сестры и вовсе оформили опеку, и теперь они живут в монастыре не на птичьих, а на постоянных правах. Здесь же действует и многочисленная воскресная школа. Сестры надеются, что скоро по благословению епископа Лонгина при обители будет создан полноценный детский приют.
Сбегать девчонки не сбегали ни разу, хотя чисто физически такая возможность есть всегда: монастырь не тюрьма, никакой колючей проволоки на его территории вы не обнаружите. Один раз был, правда, инцидент - привезли девочку, «бегала тут с ножом, кричала, что убьет нас или подожжет». Но даже к таким выходкам сестры привыкли относиться спокойно. «Место святое, а дети сложные, духовно не обустроенные, вот бесы на них и нападают», - объясняют они причины девчачьей неадекватности.
По словам матушки Феодосии, далеко не все девочки, которым посчастливилось пройти «летнюю практику» в монастыре, становятся в итоге по-настоящему верующими и воцерковленными. Но прийти в себя после интернатской муштры, «оттаять душой», как говорят сестры, им удается вполне. В том, что это не пустые слова, я лично уже убедилась. Глядя на детдомовцев, вы в два счета распознаете, откуда эти ребятишки. Есть в них что-то сугубо интернатское, чего нет в домашних детях. Однако, взглянув на Таню и Наташу, так звали тех девочек у клумбы, я ни за что бы не догадалась об их интернатском «статусе», настолько светлые у них были лица.

БЕЗ ВИНЫ ВИНОВАТЫЕ

 Надо же, однако, посмотреть, как живут монахини. Прошу матушку Феодосию показать мне кельи. Она, подумав, соглашается.
«Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас...» - легким движением матушка Феодосия открывает дверь в небольшую, но довольно просторную и светлую келью. Стол, стул, кровать, шкаф, иконостас - вот и все немногочисленное убранство. Хозяйка кельи, монахиня лет сорока, по всей видимости, не ожидала нашего прихода, но против осмотра «апартаментов» не возражала. Заметив в комнате кое-какой беспорядок, настоятельница решила сделать подопечной небольшое внушение. «Мать Филофея, - обратилась она к ней по-дружески, - эту занавесочку надо бы убрать, а то висит посреди кельи, нехорошо как-то...»
Мирской человек на ее месте, наверняка бы взбрыкнул - дескать, моя келья, что хочу, то и делаю. Но матушка Филофея выкинула финт покруче. «Простите меня, Христа ради!» - выпалила она с такой неподдельной готовностью, будто всю жизнь только этого и ждала. Да еще и земной поклон в порыве чувств отвесила.
Показывать гонор или пререкаться с кем-либо в монастыре не принято. На любое замечание, от кого бы оно ни исходило, монахиня должна отвечать «простите, благословите». Корни такого послушания кроются отнюдь не в самобичевании, с одной стороны, и не в желании унижать, с другой. Бог пришел на землю во плоти, чтобы спасти человека от того, от чего сам он своими никчемными силенками никогда и ни за что бы не спасся. Но человек поступил так, как никто
никогда еще не поступал. Он распял своего Создателя на кресте, предварительно оплевав и втоптав Его в грязь...
Этот вселенский комплекс вины перед Христом не дает монахам покоя ни днем, ни ночью. Вот почему в любой ситуации, даже когда «юридической» вины нет, они все равно будут просить прощения. И не только за себя...
Послушание в монастырской традиции - во главе угла. По всем духовным законам именно оно ведет человека к стяжанию главной христианской добродетели - смирения. Но это на словах. На деле не все так просто.
По словам руководителя информационно-издательского отдела Саратовской епархии игумена Нектария (Морозова), научиться послушанию, особенно на начальном этапе, бывает ой как непросто. Ведь человек приходит в монастырь не с Луны и не с Марса, а из обычного мира, где каждый привык жить своим умом. Амбиции, гордыня, не говоря уже о бесах, встают на пути у желающего спасти свою душу для Царствия Небесного. И тут многое зависит от настоятеля монастыря, его духовного авторитета. Ведь одно дело подчиняться и открывать помыслы преподобному Серафиму Саровскому, всея Руси чудотворцу, и совсем другое - игуменье, о которой толком ничего и не знаешь.
Матушке Феодосии повезло - ее авторитет у сестер явно непререкаем. Матушка приехала в Саратов не по своей воле, а все по тому же послушанию. Три года назад ее «выписал» из Малоярославецкого Черноостровского женского монастыря епископ Саратовский и Вольский Лонгин. Монастырь в Малоярославце считается очень сильной и «правильно обустроенной» обителью, монастырская жизнь там налажена давно и надежно. Видимо, на этот опыт и возлагал надежды епископ, доверяя матушке Феодосии заботу о саратовских насельницах.

ИЖЕ ХЕРУВИМЫ

Интуиция владыку не подвела. Еще совсем недавно саратовский Свято-Алексиевский женский монастырь находился не в самом благополучном состоянии. Теперь, с приездом новой игуменьи, он начал буквально преображаться. Характер у матушки деятельный, скучать без дела она не привыкла. Пока мы беседовали, оба ее телефона, сотовый и обычный, разрывались от звонков. В монастыре она главное лицо, и все хозяйственные заботы о благоустройстве ложатся в первую очередь на нее. То со строителями «разрулить», то водопровод починить. А недавно еще ландшафтного дизайнера пригласила, чтоб монастырский бугор в божеский вид привел. «Английский газон здесь, конечно, ни к чему, - рассуждает рачительная игуменья, - а вот разровнять да облагородить землю не помешает. И паломникам пейзаж, и сестрам радость...»
Хозяйство у сестер небольшое, есть свой огородик, коровы и даже несколько кур-несушек. «Мяса мы не едим, а вот рыбу приходится покупать, - продолжает настоятельница. - А уж ягод своих урождается море, собирать не успеваем. Прихожане из окрестных поселков все жалуются - то слива у них плохая, то вишня, то клубника. А у нас что ни год, то щедрый урожай...»
И все же монастырь - не колхоз и не дача, не для того люди от мира отрекаются, чтобы грядки окучивать. Духовное делание для монахинь главное. Монастырская служба не чета обычной - идет 4 часа. Прибавьте к этому довольно продолжительное келейное молитвенное правило и строжайшие посты. Все удовольствия обычной мирской жизни здесь отсекаются напрочь. После долгого трудового дня тут уже не посидишь с приятельницей за кружкой пивка, не поболтаешь за жизнь. Многие желания и привычки, от которых в миру получал удовольствие, в монастыре не что иное, как искушение, которое может стать навязчивой идеей. Человеку, который любил полакомиться, допустим, жареной картошкой, может начать сходить по ней с ума. Картошка-то в монастыре, конечно, есть, но попробуй нажарь ее в таком большом количестве.
Отсюда и «грех тайноядения», в который иногда может впасть кто-то из сестер. «Одна новоначальная послушница никак не могла выдержать распорядка и все время бегала в трапезную перекусничать, но признаться в этом боялась, - рассказывает матушка Феодосия. - Закончилось тем, что мы просто сделали ей послабление, добавив в ее рацион продуктов, которых ей не хватало, видимо, по здоровью. Строгий пост в монастыре не цель, а средство. Иногда лучше поступиться каким-то правилом, чем допустить, чтоб человек ожесточился и впал в раздражение...».
Говорят, что монашество - ангельский чин. Это значит, что, становясь монахом, человек пытается уподобиться ангелам. Но ангелам проще - у них нет тела. Они не знают, что такое искушение усталостью, когда валишься с ног и нет сил на молитву. Некоторые послушницы, не выдержав суровой монастырской аскезы, уходят домой. В монастыре их никто не держит. В отличие от монахинь, для которых уход из монастыря фактически невозможен. По словам отца Нектария, формально монах или монахиня уйти из монастыря, конечно, может, но в духовном плане этот поступок сродни самоубийству...

НЕ ОТ МИРА СЕГО

И все-таки с Божьей помощью сестрам удается многое. Они сильнее и выносливее многих из нас не только духовно, но и физически. Даже старенькие монахини, которые, по словам матушки Феодосии, в миру давно бы считали себя инвалидами, в монастыре много трудятся, а по ночам молятся за себя и за мирян.
Из 11 монахинь половина младше 50 лет. Одна монахиня приняла постриг в великую схиму (согласно традициям русского монашества схима воспринимается, как «совершенное монашество»; схимник обязан проводить жизнь более строгую и уединенную, нежели «обычный» мантийный монах) и из кельи почти не выходит. Среди послушниц много совсем молоденьких. Послушнице Татьяне - 22. Она окончила медицинский колледж, но вместо того чтобы делать дальнейшую карьеру, вдруг решила податься в монастырь. Сначала родители девушки были против, но потом ее мама серьезно заболела, и эта болезнь стала для нее как бы неким предупреждением. Выздоровев, женщина перестала упорствовать и отпустила дочку.
По словам настоятельницы, часто молоденькие девочки приходят сюда неокрепшими духовно. Монастырь для них - это экзотика или убежище, где они пытаются спастись от житейских невзгод. Такие «искатели приключений» надолго в монастыре не задерживаются. Пожив здесь месяц-полтора, они понимают: лучше десять раз пережить неудачную любовь, чем всю жизнь ходить в монашеском облачении.
Того, кто действительно решил уйти из мира, такими страшилками не испугаешь. Послушница Светлана как раз из таких. В монастырь она пришла не в состоянии аффекта, а движимая глубоким внутренним чувством, которое люди верующие называют зовом Божьим. Среди сестер женщина подвизается уже не первый год и, по словам настоятельницы, у нее есть все шансы получить благословение на постриг.
О том, как она жила до прихода в монастырь, сама матушка Феодосия рассказывать не любит, говорит, что, постригаясь в монахи, человек как бы умирает для мирской жизни. Меняется даже имя, и ты начинаешь жить словно с чистого листа. Понятно, что предаваться воспоминаниям при таком раскладе не имеет смысла. Однако иногда Господь попускает пройти и через это испытание. В случае с матушкой Феодосией дошло до курьеза. Сотрудницы тех самых органов опеки, у которых она часто бывает, упорно не хотят называть матушку ее духовным именем, а называют Галиной Васильевной, как по паспорту. Матушку Феодосию это смущает, но убедить чиновниц не называть ее именем, от которого она давно отвыкла, ей пока не удается.

СВЯТО МЕСТО

 Любопытно, что у монастыря довольно древняя история. Первоначально участок земли, часть которого он занимает, был приобретен под архиерейскую дачу. Во второй половине 19 века здесь возник мужской скит. В 1889 году в нем был построен храм во имя святителя Алексия, митрополита Московского. Скит располагался в живописном возвышенном месте. По молитвам насельников скита, в горе пробился источник, на котором теперь строится часовня.
А в 1918 году Алексиевский скит был отчужден у русской Православной Церкви. Было снесено пять куполов и звонница. Храм потерял свой первозданный вид. За годы советской власти скит сменил множество хозяев и только в 1991 снова был возвращен церкви. В 1997 году решением Синода скит был преобразован в Свято-Алексиевский женский монастырь.
В 1912 году в нашей епархии действовало 17 монастырей, причем два мужских и один женский - в Саратове. По словам игумена Нектария, сегодня монашеская жизнь в области развита гораздо меньше, нежели в других регионах. Возможно, это связано с тем, что губерния наша была раньше почти целиком старообрядческой. Да и послереволюционные гонения были в нашей области особенно жестокими и «последовательными». А может, дело в отсутствии тех «духовных светильников», вокруг которых обычно и возникает монастырь. Странно, но Саратов - один из немногих регионов, где на протяжении целого ряда столетий не было практически ни одного канонизированного святого, кроме, пожалуй, святителя Иннокентия, епископа Саратовского и Пензенского, и тех новомучеников, которые пострадали за Христа уже в 20 веке. Меж тем как в других регионах святые были и до революционных гонений. Вспомните того же Серафима Саровского, Иоанна  Крондштадского, Сергия Радонежского, Амвросия Оптинского и других преподобных старцев, в лике праведных просиявших.
Число постригов в Саратовской области за один год можно пересчитать по пальцам. В Свято-Алексиевском монастыре за три года появилось всего 6 новых насельниц, некоторые из которых приняли постриг. Да и самих монастырей у нас раз-два и обчелся. Два в Саратове, мужской и женский, еще два в области. В одном из них практически нет монахов, а только два послушника. И все же есть надежда, что число тех, кого привлекает красота монашеского подвига, со временем будет расти.
На прощание матушка Феодосия подарила мне скромный, но очень приятный подарок - фирменный блокнот с изображением монастыря и ручку с такой же символикой. Брать презенты из рук монахини было как-то неловко. Смутившись, я принялась отказываться. «Возьмите, это будет благословением», - улыбнулась матушка.

По просьбе матушки Феодосии имена монахинь и послушниц монастыря изменены.

Последние выпуски
№ 352 от 22 ноября 2016 г.
№ 351 от 26 ноября 2015 г.
№ 350 от 11 декабря 2014 г.
№ 349 от 16 декабря 2013 г.
№ 50 (348) 27 декабря 2012 г.
№ 49 (347) 20  26 декабря 2012 г.
№ 48 (346) 13-19 декабря 2012 г.
№ 47 (345) 6-12 декабря 2012 г.
№ 46 (344) 29 ноября  5 декабря 2012 г.
№ 45 (343) 22-28 ноября 2012 г.
 Архив новостей
О нас




статьи