RSS  |  Сделать стартовой  |  В избранное  |  ИА "Взгляд-инфо"
 
№ 352 от 22 ноября 2016 г.  
Саратовский взгляд
Без категории
ПАЛАЧИ ПРАВДЫ
29 июня 2007, 11:23
Автор: Елена Налимова, Алексей Зернаков

Вчерашних домашних мальчиков, превращенных палачами в полуживых, харкающих кровью запуганных зверьков, не узнают родители. «Или убейте нас, или посадите, мы больше не выдержим», - сказал один из них на последнем судебном заседании. Их адвокаты в шоке - дело заведено с нарушением процессуальных правил. Поверить в это действительно трудно...
Началась эта трагическая история меньше года назад, 17 сентября 2006-го, когда Саратов отмечал День города. Хотя «началась» здесь звучит вполне условно, так как ни одного из наших главных героев на месте, где разворачивались события, не было. Молодежь в этот сентябрьский вечер разбредалась после салюта на Театральной площади. В одном из дворов Ленинского района компания из трех человек - два парня и девушка - мирно общалась на лавочке у подъезда. Как рассказывает Ксения Кобелева - так зовут эту девушку, около 12 часов ночи к ним подошла группа пьяных парней с битами в руках. Поняв, что вот-вот начнется драка, девушка убежала, толком не успев рассмотреть лица нападавших. Она помнит только, что лицо одного из них закрывал капюшон. Всё, больше НИЧЕГО. Поднявшись в квартиру, девушка увидела из окна, как оба ее друга покидают место событий. «Значит, все закончилось благополучно», - решила она. А через несколько дней Ксении сообщили, что оба парня находятся в больнице с ушибами, в тяжелом состоянии. Еще через день - что один из них скончался. С этого момента начинается следующая серия этой трагедии - «правоохранительная». За дело взялась наша бравая милиция и не менее отважная прокуратура. Незадолго до происшествия в прокуратуре Ленинского района как раз произошла смена руководства, «новой метле», что предсказуемо, был необходим резкий рост раскрываемости преступлений.

«Так надо...»

21 сентября пятнадцатилетнюю Ксению без родителей и педагога, как того требует закон (это первое процессуальное нарушение, открывшее счет многим другим), вызвали в Ленинское РУВД, где безапелляционно сообщили: если не будешь давать свидетельские показания, сядешь за двойное убийство (!).Надо отметить, что субтильная Ксения вряд ли смогла бы забить двух взрослых парней битой. Но у сотрудников правоохранительных органов собственная логика. Испуганная свидетельница драки попыталась объяснить оперативникам, что не помнит лиц нападавших, но ей настоятельно посоветовали составить фоторобот. «С помощью сотрудника милиции я составила, как могла, наобум, потому что все равно не смогла бы вспомнить лицо, которое я видела в темноте, мельком», - объясняла она корреспонденту «Взгляда». Несмотря на это, «преступник» нашелся сразу же. «Вроде бы на Сережу Панова похож», - сказал кто-то во дворе. В тот же вечер ничего не понимающего 16-летнего Сергея пригласили в РУВД, на этот раз по правилам - с родителями. Оперативник, попросивший называть его «просто дядя Володя» задал ему неожиданный вопрос: «Ну, рассказывай, Сережа, как же ты скинхедом стал» (???). Но версия о нацистским прошлом Панова никак не складывалась. Тогда недоумевающего парня стали водить по кабинетам, пока наконец не сказали напрямую: «На тебя показали. Или ты идешь свидетелем, или будешь сидеть как убийца». Обескураженной матери сообщили: «Ваш сын - убийца, ему пятнашка светит». Но мешала одна малость - у Панова имелось неоспоримое алиби, он просто не мог быть на месте преступления. Поэтому на первый раз его отпустили, но вызывали на следующий день, потом еще и еще, требуя одного - дать показания в качестве свидетеля. Как рассказывает мать Сергея, присутствовавшая на большинстве дознаний, Панову не раз угрожали: «Смотри, посадим к большим дяденькам, знаешь, что тогда будет? Или покажем тебя оставшемуся в живых потерпевшему, у него с головой проблема, он на кого хочешь покажет». После очередного привода, когда Сергея без родителей забирали прямо с работы, потом повезли в городское УВД, потом в печально известный своими изуверскими традициями 2-й отдел оперативно-розыскной части, занимающийся расследованием убийств, он сдался. «Я увидела, как его ведут по коридору, - вспоминает мать, - он был не похож на себя, раздавлен. Он сказал мне: «Мамочка, ты только не спорь и ничего не говори, иначе будет хуже». После этого он начал давать показания. Я была в шоке - как же ты смог придумать все это?»
Как рассказал нам сам Сергей, придумывать почти ничего не пришлось. Всю канву, а также клички (даже не фамилии, они появятся потом) якобы участников драки и фото для опознания ему предоставили оперативники Ленинского РУВД. С этого момента началось задержание «подозреваемых».

Пытка неправдой

Владимир Сеютов
Сегодня матери всех пятерых парней: Владимира Сеютова, Дениса Понимасова, Виталия Мотина, Романа Терентьева, Александра Булгару, - пытаются понять, как имена их сыновей оказались в милицейских списках. Только двое имели однократные приводы в милицию в качестве свидетелей. У всех отличные характеристики с мест работы и учебы. Роман Терентьев - учащийся института МВД, Денис Понимасов - ветеран боевых действий в Чечне. И еще - никто из них даже не пытался увиливать или скрываться.
Двадцатитрехлетнего Владимира Сеютова задержали первым 16 ноября, днем. После этого, как он рассказал на суде, его до 10 вечера держали в «Кобре». Дознание, по его словам, проходило по классическим канонам -дубинкой по почкам и пластиковой бутылкой, заполненной водой, по шее. Сломленный, Сеютов подписал «чистосердечное признание». А на следующий день в РУВД состоялось опознание. Находясь уже в СИЗО, Владимир Сеютов на одном из судебных заседаний расскажет, что его весь февраль пытали, требуя назвать подельников и признаться в совершении других уголовных дел, так называемых «висяков» - нераскрытых и отягчающих милицейскую статистику. А на ночь, чтобы не вскрыл себе вены, привязывали «на растяжку» к кровати. «Мам, я уже пять человек убил и полгорода обокрал», - с горькой иронией сообщил он родителям. После этого заявления его перевели в СПО (следственно-пересылочный отдел, где обычно «ломают» вновь поступивших заключенных), где избиения продолжились. А по документам в это время он находился в 3-м корпусе...

Жертва «Русского марша»

Денис Понимасов
Самого старшего из пятерых - ветерана боевых действий в Чечне Дениса Понимасова - задержали вторым. Сам он считает, что попал в милицейские списки после того, как в 2005-м участвовал в «Русском марше», проходившем в Москве. У его семьи другая версия: за три дня до ареста, 17 ноября, в их квартиру ворвались оперативники, без объяснения причин устроили обыск, изъяли много фотографий Дениса. Дома был только младший брат, однако случайными свидетелями этого беспредела стали испуганные соседи.
Понимасова тоже пытали в «отделе». На следующий день сестра нашла его в прокуратуре Ленинского района (к этому времени дело было передано следователю Ленинской прокуратуры Новицкому) - грязного и избитого. «Он выглядел так страшно, что мы потребовали вызвать «скорую», - рассказывает она. Приехавший врач констатировал: «Состояние тяжелое, выбито два позвонка, нужна срочная медицинская помощь». Дениса отправили в областную больницу, где диагноз подтвердился. Сестра слышала, как врач говорил оперативнику: «Если он умрет, это будет на вашей совести». Совесть подсказала сотруднику милиции отправить полуживого Дениса в СИЗО. В настоящее время в прокуратуре Ленинского района имеется заявление Понимасова, где он описывает применявшиеся тогда и сейчас к нему пытки, но уголовное дело по этим вопиющим фактам по непонятным причинам до сих пор не заведено.

Затравленный зверь

Александр Булгару
То, как задерживали несовершеннолетнего Александра, достойно отдельной статьи. Это шедевр оперативно-розыскной деятельности и сокрушительная дискредитация Уголовно-процессуального кодекса. Семнадцатилетнего парня взяли дома. Родители в это время находились в больнице. «Это ничего, мы за ними заедем», - пообещали оперативники. Сашу пытали прямо в Ленинском РУВД. Ему надевали на голову противогаз, перекрывая доступ кислорода, били дубинками по почкам через книгу в мягком переплете (чтобы не осталось следов) и пытали током. После чего вечером в присутствии государственного адвоката он подписал чистосердечное признание, от которого почти сразу же отказался. Правда, органы следствия не приняли это во внимание... Очная ставка со «свидетелем преступления» Сергеем Пановым была проведена только перед судебным заседанием.
«С точки зрения законодательства я говорить не могу, но считаю, что доказательства, подтверждающие обоснованность обвинения, несостоятельны, - говорит адвокат Владимир Кочетков. - Вся доказательная база, представленная обвинением, - весьма спорная. К тому же в ходе следствия были допущены явные нарушения: по словам моего подзащитного, на него надевали противогаз и использовали прочие недозволенные методы, чтобы получить необходимые показания. В итоге они добились чистосердечного признания, но мой подзащитный не указал в нем никаких обстоятельств дела, потому что их просто не знал».

Подозреваемый с третьего раза

Виталий Мотин
Случайно узнав, что им интересуется милиция, Виталий пришел в РУВД сам. Это было 1 декабря. Домой к «свидетелю» Панову пришли оперативники Ленинского РУВД и сунули в полутьме подъезда фото - «Это он. Запомнишь?». На очной ставке Сергей долго не мог понять, на кого надо показать, ошибался. «А если подумать?» - говорили ему, и опознание продолжалось, пока милицейский пасьянс не сложился.
На очной ставке «свидетель» никак не мог «узнать» Виталия и назвал его только с третьего (!) раза. Об этом имеется заявление адвоката и даже - что уникально - статистов! Но дело было уже поставлено на поток, и довольные хорошим ходом расследования сотрудники РУВД отправили еще одну жертву в следственный изолятор временного содержания.

Алиби - не нужно

Роман Терентьев
Его взяли последним, 2-го декабря. Прямо из института МВД, в котором он учится. Следователь Ленинской прокуратуры Линар Кашапов, которому было передано дело, прямо заявил Роману: «Ты нам особенно-то уже и не нужен, у нас уже все есть», - видимо, имея в виду два «чистосердечных признания».
«Я долго вспоминала, что делал мой сын 17 сентября - в день, когда было совершено это преступление, - рассказывает мать Романа, - и наконец вспомнила: в этот выходной к нам как раз приходили соседи позвонить и видели его. Он весь день провел дома. Обрадовавшись, я пошла к следователю, но меня даже не стали слушать!»

Судилище

На первом же суде версия, собранная следствием, распалась. Сергей Панов встал и сказал: «Я не могу так больше, все показания я дал под давлением». Вслед за ним от смонтированного из ничего фоторобота отказалась единственная реальная свидетельница преступления - Ксения Кобелева. Суд был отложен. А на одном из последних заседаний произошло еще одно заметное событие. Заметное для самих подсудимых и их семей, но не для тех, кто почувствовал себя охотником и определил жертву. 18 июня в зале суда Денис Понимасов снял рубашку и продемонстрировал судье, прокурору и присутствующим многочисленные следы побоев. Парень еле держался на ногах. Адвокаты настояли на медицинском освидетельствовании. Врач подтвердил - имеются повреждения мягких тканей, на шее есть след от удушения. Но суд не счел это достойным внимания. «Это результат побоев, нанесенных сокамерниками, и к делу отношения не имеет», - заключил гособвинитель.


* * *
Вообще, дело от начала до последнего момента вызывает ощущение дурного сна, несуществующей реальности, сотканной из расходящихся свидетельств никогда не бывших на месте преступления людей. Но это все лирика, эмоции. Для того чтобы разговаривать на одном языке с людьми, мнящими себя правоохранителями, требуется перейти на одно с ними поле - правовое, и подробно остановиться на процессуальных нарушениях, о которых уже не раз упоминалось.
Первое и самое серьезное - приобщение к делу ненадлежащих доказательств. Это подписание протоколов несовершеннолетними в отсутствии родителей и социальных педагогов. А кроме того, расхождение в показаниях свидетелей - Ксения Кобелева и Сергей Панов нарисовали схемы, создающие противоречивую картину преступления. Тем не менее они были приобщены к делу.
Не менее серьезным процессуальным казусом выглядит то, что следствие основывается на показаниях самих подсудимых - это недопустимо.
И дальше как по нотам Уголовно-процессуального кодекса: подсудимым не устраивали очных ставок друг с другом, а также не вывозили их на место преступления. Одежда, которую изъяли у обвиняемых, так и не была подвергнута экспертизе на наличие на ней следов преступления, а если и была, то ее результаты не приобщены к делу. Всех подозреваемых после задержания доставляли не только в РУВД Ленинского района, но и в городское управление внутренних дел, и такие действия никак не объяснимы.
Факты телесных повреждений, нанесенных подсудимым, неоднократно подтвержденные врачами, не стали основой для возбуждения уголовного дела. Все это также позволяет сделать вывод о предвзятости следствия и суда.
Мы попытались взять комментарии по этому процессу у следователя Ленинской прокуратуры Линара Кашапова и заместителя прокурора Ленинского района Романа Георгицы. «Эти люди - театральные актеры», - сказал нам Георгица. По его словам, служебное расследование проводилось, но нарушений, допущенных в ходе следствия, оно не выявило.
Но самое трагичное, что у этого преступления есть реальные исполнители, которые до сих пор находятся на свободе. Их поиском никто даже не собирается заниматься.
Кажется абсурдом, что в качестве обвиняемых по делу были «определены» абсолютно разные ребята, которые не были даже знакомы. Создается впечатление, что из толстой картотеки личных дел чья-то властная рука достала наугад (а может, и не очень) несколько файлов и сделала вчера еще обычных саратовских мальчишек убийцами, да еще в придачу навесила на них ярлык скинхедов. Иначе трудно объяснить столь странное «назначение» преступников. Что ж, надо думать, подобными способами местным правоохранительным органам удастся в рекордно короткие сроки «побороть» преступность и раскрывать даже не 100, а все 200 процентов совершенных преступлений... Да и нужно для этого, как выяснилось, всего ничего - противогаз, резиновая дубинка и два провода под током...
Комментарий атамана Саратовского отделения Волжского казачьего войска и председателя Саратовской областной общественной организации по защите прав заключенных и жертв судебного и следственного произвола Андрея Фетисова:
«В этом деле очень много правовых и моральных аспектов. Во-первых, с юридической точки зрения там очень много нарушений законодательства, начиная с того, что по такому серьезному уголовному делу, как обвинение в убийстве, практически отсутствуют какие-либо экспертизы. То есть у ребят изымались вещи, но, по-видимому, никаких следов крови и микрочастиц там найдено не было, но вернули им ее уже неофициально, без протокола, не соблюдая процедуры. Потом были многочисленные нарушения процедуры опознания, так называемых «очных ставок». Люди путаются в своих показаниях, и это уже не может являться доказательством, а обвинитель все равно выносит это на суд. Судья себя тоже ведет достаточно странно - он видел, что над ребятами произведено какое-то насилие, на них есть следы побоев, то есть на мальчишек явно оказывается давление, но никак на это не отреагировал. Сейчас, конечно, рано судить о степени вины ребят, но настораживает тот факт, что, на мой взгляд, дело явно рассыпается: шестнадцатилетний мальчик, давший обвинительные показания под давлением, по словам его матери, чуть не сошедший с ума и едва не попавший в «психушку», не смог жить с тем, что из-за него кто-то на 10-15 лет может оказаться за решеткой, и отказался от своих показаний. Мне кажется, сейчас очень важно, чтобы судья принял во внимание новые показания, а не опирался на старые. Но у нас в стране возможно все: если обвинение и судья договорятся, то вполне вероятно, что судья не примет во внимание последние показания. Возьмут вместо них милицейские протоколы, что якобы на свидетелей оказывалось давление, но уже хулиганами и скинхедами, и будут продолжать опираться на первые показания. А могут ребятам еще и предъявить обвинение в лжесвидетельствовании...»

Последние выпуски
№ 352 от 22 ноября 2016 г.
№ 351 от 26 ноября 2015 г.
№ 350 от 11 декабря 2014 г.
№ 349 от 16 декабря 2013 г.
№ 50 (348) 27 декабря 2012 г.
№ 49 (347) 20  26 декабря 2012 г.
№ 48 (346) 13-19 декабря 2012 г.
№ 47 (345) 6-12 декабря 2012 г.
№ 46 (344) 29 ноября  5 декабря 2012 г.
№ 45 (343) 22-28 ноября 2012 г.
 Архив новостей
О нас




статьи