RSS  |  Сделать стартовой  |  В избранное  |  ИА "Взгляд-инфо"
 
№ 352 от 22 ноября 2016 г.  
Саратовский взгляд
Без категории
АРХИТЕКТУРА - ИСКУССТВО ПОЛИТИЧЕСКОЕ?
05 апреля 2007, 21:41
Автор:

- Сергей Владимирович, что сейчас происходит с проектированием?
- В проектном комплексе Саратова в последние годы происходит очень неприятная тенденция. У нас в проектных институтах работают в основном проектировщики с огромным опытом работы, но пенсионного возраста, и лишь небольшая прослойка молодых. Другими словами, кадровый резерв у проектных организаций необходимый для развития отсутствует. Еще один момент - в проектировании просто не хватает денег. Работы ведутся не по утвержденным государственным расценкам, а за 50% от них и даже за 20%. То есть намного ниже тех нормативов, которые были установлены. А эти нормативы тоже не с потолка брались. Они подразумевали и различие научно-технической базы, и интеллектуальной базы, и наличие подготовки и переподготовки кадров. Сейчас вся эта система у нас рухнула. Был период, когда казалось, что все налаживается, когда появились госзаказы. Но сейчас в этом нет уверенности. И если система госзаказов рухнет, то тот период небольшого благоденствия сойдет на нет. Кроме того, одновременно с отменой госзаказов у нас прекратил свое существование ряд крупных проектных институтов - это и «Саратовпромпроект», и «Гипропромсельстройпроект», и СГПИ.
- Но не секрет, что при каждом проектном институте существуют свои карманные конторки, которые делают работу дешевле. И многие директора просто обрекают свои организации на смерть.
- Могу сказать только за нас: в нашем институте такой практики нет. Ведь проблема-то в чем? Здесь неправильно понимается принцип свободной конкуренции. Во многих странах ограничивается не только рост цен вверх, но и нижний порог. В США, например, это профсоюзы, устанавливающие для разных категорий минимальную почасовую оплату труда. В скандинавских странах устанавливают просто нижний лимит цен. У нас же получилось, что конкуренция идет вниз. То есть существуют государственные расценки, до которых не все могут дотянуться, и есть расценки, стремящиеся к нулю. В результате что происходит? Большие проектные организации, которые не имеют права работать за наличные, которым труднее высчитать налоговые льготы, но в то же время имеют обширные архивы, занимаются подготовкой кадров, занимаются серьезной тематикой, такой как градостроительство, инженерные сети, дорожное строительство, они становятся неконкурентоспособными по сравнению с фирмами-однодневками. И даже малые проектные организации, которые успешно работают в Саратове, должны быть не вместо крупных институтов, а вместе с ними. У них немного разные задачи: одни делают качественнее какие-то уникальные вещи, другие - тиражируемые. Градостроительная тематика, доступное жилье - это находится в компетенции крупных организаций. А вот из-за того, что мы поставлены в условия недобросовестной конкуренции, нам очень трудно выживать.
За это время люди, во-первых, очень устали психологически, а во-вторых, нам не хватает специалистов среднего звена. Мы не можем их пригласить из других городов, не можем быстро обучить, гарантировать высокую зарплату - у нас не хватает на это капитала.
- Не является тайной, что многие крупные инвесторы приходят в проектные организации под благовидным предлогом вложить деньги, а заканчивается все банальным приобретением зданий, как это произошло у нас с «Саратов¬промпроектом», площади которого используются сейчас чисто в коммерческих целях.
- Конечно, мы могли бы обрадоваться тому, что конкурентов стало меньше, однако это не так. То, что произошло с «Промпроектом», показывает, как властные структуры и общество относятся к нашей профессии. Нет понимания того, что проектное дело жизненно необходимо для города, для его нормального жизнеобеспечения.
Страшно не столько то, что архивы институтов попадут в руки недобропорядочных людей, а то, что они могут быть утрачены навсегда.
Существует и еще одна неприятная тенденция. Наряду с крупными иногородними инвесторами к нам приезжают проектировщики с совершенно невнятными проектами, которые не дают ни качественного развития технологий, ни нового архитектурного аспекта. Более того, по их работе понимаешь, что это люди либо малознающие, либо вовсе некомпетентные в этой работе. В результате деньги не остаются в Саратове и не идут на раскрытие своего потенциала. Для людей, которые не знакомы с саратовской спецификой, наш город - свободное поле, на котором, как они считают, можно делать все, что хочешь. В конечном счете, они наносят Саратову вред своими неудачными проектными решениями.
- Директор вашего проектного института, после критики в свой адрес замминистра Шейкина, подал заявление об уходе. Как вы можете это прокомментировать?
- Наш коллектив находится в шоке и одновременно в большом опасении за судьбу института. Памятуя о печальной судьбе «Промпроекта» и иже с ним, закрадывается мысль: не является ли все происходящее первым шагом к уничтожению «Гражданпроекта». С другой стороны, даже если ситуация разрешится сохранением нашего института, большое значение имеет та личность, которая возглавит организацию. Потому что проектный процесс настолько хрупок, тем более при таком огромном дефиците профессиональных кадров, что любое неверное движение может привести к печальным последствиям, а именно к ликвидации нашего института.
Вся системная работа в сфере градостроительства осталась на нем. И любая проблема, возникающая у нас, сразу сказывается на всем городе. Потому как из крупных институтов нас заменить уже некем. «Гражданпроект» более независимый и имеет свое профессиональное компетентное мнение. Мы не идем на поводу у заказчика-застройщика и администрации, а отстаиваем свою точку зрения, если она на пользу городу.
- Ну, здесь вы немного лукавите. Во времена правления Аксененко и ваш институт, и главный архитектор выполняли его поручения...
- Вообще архитектор города и проектный институт - это две абсолютно разные вещи...
- А кто является разработчиком тех ужасных проектов, которыми наводнен город?
- Вклад в это «Гражданпроекта», уверяю вас, не так уж велик. Зато могу сказать, что было немало случаев, когда мы лишались работы по проектам, которые уже были утверждены многочисленными градостроительными советами и обкатаны в различных инстанциях. Причем потом нанимались другие проектировщики, абсолютно без этих обсуждений, строившие абсолютно противоположное тому, что намечали мы и что уже было утверждено. Например, меня очень огорчает застройка, которая ведется на улице Валовой, рядом с Набережной Космонавтов (Застройщик ЗАО «Шэлдом» - ред.). Я помню, как мучительно проходили согласования проектов по застройке этой территории. Были очень противоречивые требования к обзору исторических памятников, в первую очередь Свято-Троицкого собора. А какие были сложные требования по связи старой части города с территорией ФОКа «Звездный»! И вот посмотрите, чему в итоге отдали предпочтение: высотность застройки повышена многократно, противореча положениям СНИПов, она не вписывается совершенно в архитектурный ансамбль. И какие еще последствия будут от подобного строительства, один Бог ведает. Могут, например, подняться грунтовые воды, вследствие чего возможно обрушение исторических зданий.
И таких примеров по городу, к сожалению, множество. Но количество неудачных проектов нельзя связывать с личностью того или иного архитектора города. Появление таких объектов говорит о том, что решения принимаются не столько по архитектурно-градостроительным требованиям, сколько исходя из не вполне понятной конъюнктуры.
- Значит, нужно найти такого главного архитектора, который будет хранить архитектурный облик города?
- Ситуация интересна тем, что если лет 10 назад на должность главного архитектора было много желающих, то теперь ни один из известных проектировщиков, добившихся конкретных результатов, на эту должность не рвется. Существует риск, что на эту должность попадет человек, готовый ею заниматься, но при этом некомпетентный, не отвечающий задачам, которые стоят перед городом.
- И что же пугает профессионалов?
- Ну, во-первых, эта должность стала очень политизирована. Сейчас главный архитектор вместо чисто профессиональной деятельности занимается обслуживанием промышленно-финансовых групп в решении их вопросов. И по тому, что мы видим, можно судить, что решаются не архитектурные вопросы, а идет поддержка узконаправленных частных интересов отдельных групп. Второй момент - комитет по архитектуре уже длительное время находится под прессингом различных проверяющих структур, и здесь очень тяжело судить, насколько этот прессинг обоснован. Как результат многие люди, с которыми мы работали до того, как они ушли в комитет по архитектуре, которые не вызывали сомнений в своей порядочности и компетентности, теперь преподносятся нам как неблагонадежные. Например, Синий, когда работал у нас, никогда не вызывал никаких нареканий и вопросов о том, что он где-то «левачит». И посмотрите, из трех последних главных архитекторов два оказались осужденными, а их многочисленные заместители и подчиненные также попадают время от времени в поле зрения правоохранительных органов. Поэтому должность главного архитектора вызывает опасение самим фактом своего существования.
- То есть это страх оказаться в коррупционных тисках?
- Это страх непонимания: то ли это реальная коррупция, и при попадании в систему придется поневоле этим заниматься, то ли она вымышленная и является результатом того давления, которое оказывается на эту должность.
- А вот кого бы вы хотели видеть на месте главного архитектора города?
- Честно скажу: вопрос неэтичный, поэтому я бы воздержался от ответа на него. Не могу при живом человеке его хоронить.

Последние выпуски
№ 352 от 22 ноября 2016 г.
№ 351 от 26 ноября 2015 г.
№ 350 от 11 декабря 2014 г.
№ 349 от 16 декабря 2013 г.
№ 50 (348) 27 декабря 2012 г.
№ 49 (347) 20  26 декабря 2012 г.
№ 48 (346) 13-19 декабря 2012 г.
№ 47 (345) 6-12 декабря 2012 г.
№ 46 (344) 29 ноября  5 декабря 2012 г.
№ 45 (343) 22-28 ноября 2012 г.
 Архив новостей
О нас




статьи