RSS  |  Сделать стартовой  |  В избранное  |  ИА "Взгляд-инфо"
 
№ 352 от 22 ноября 2016 г.  
Саратовский взгляд
Без категории
Евгений Михайленко: «Я десять лет шел к своей мечте, а когда достиг ее, то понял, что мне уготована совсем другая судьба»
20 декабря 2007, 17:00
Автор: Юлия Бирюлева

Евгений Михайленко: 

«Я десять лет шел к своей мечте, а когда достиг ее, то понял, что мне уготована совсем другая судьба»

 

Евгений с детства мечтал стать десантником. Не просто военным, а именно десантником. Но вместо этого получил специальность инженера-механика автосервиса, потом пошел в армию, а когда пришло время демобилизоваться, получил предложение заключить контракт в качестве офицера. Родные и друзья были искренне рады, но Евгений он всех удивил: отказался от контракта и… пошел работать в церковь. Через восемь месяцев послушания Михайленко окончательно убедился, что хочет посвятить свою жизнь службе Богу, и поступил в Духовную семинарию.

 

Голубой берет

 

– Евгений, вам не кажется, что трудно представить более непохожие профессии, чем офицер десантных войск и священник?

– Согласен. Но, как говорится, все мы родом из детства, а все дети любят мечтать. Вот и я мечтал стать десантником. Отец часто рассказывал о своей армейской службе, и я с удовольствием слушал рассказы, а когда мне исполнилось четыре года, решил, что стану офицером, причем обязательно десантником. Считал эту профессию воплощением силы и мужества. Голубой берет десантника мне снился по ночам! Я любил играть с друзьями в войну, конечно же, мне всегда доставалась роль офицера-десантника.

– И все-таки ты решил поступить в Духовную семинарию.

– Воспоминание о церкви – тоже одно из самых ярких детских впечатлений. Я не могу назвать своих родителей глубоко верующими людьми, но после смерти бабушки мама пошла в храм при Никольском монастыре и взяла меня с собой. Мне дали горящую свечу и показали, куда ее нужно поставить за упокой бабушкиной души. Мне был интересен этот процесс, и хотя я не совсем понимал, зачем это нужно, очень хотел что-нибудь сделать для покойной бабушки. Мне было всего пять лет, но я навсегда запомнил иконы, горящие свечки и крест на куполе храма. Все это мне показалось очень значимым, захотелось прийти еще.

– Получается, что с раннего детства тебе показались близкими сразу две полярные профессии?

– Это так, но о мечте стать десантником я мог говорить с родителями и друзьями, все понимали и одобряли мое желание, а интерес к православию оставался моей тайной. Интуитивно я понимал, что родители этого не одобрят, а друзья не поймут. О возможности поступлении в Духовную семинарию тогда не было и речи, понимание того, что мне это жизненно необходимо, пришло гораздо позже.

– То есть в начале ты стремительно шел навстречу своей первой мечте…

– Не шел – бежал. Я понял, что офицер-десантник не может быть слабым физически, и начал заниматься спортом. Мне нравились разные направления: баскетбол, бокс, легкая атлетика, карате. Старался не пропускать тренировки, бегал по утрам и вечерам. Мои усилия не пропали даром – несколько раз я успешно принимал участие в областных соревнованиях, а в тринадцать лет стал чемпионом России по карате. В тот день я был по-настоящему счастлив. Потом решил попробовать закаляться: в мороз ходил по снегу босиком, обливался ледяной водой, купался в проруби и ни разу не заболел. И, конечно же, старался хорошо учиться, потому что знания на военном поприще не помешают.

– А  драться приходилось? Тренировки и соревнования не в счет.

– Приходилось, и не раз. По возможности старался избегать конфликтов, но если не получалось,  считал делом чести ответить. В школьные годы я старался всегда и во всем быть лучшим и первым, желание первенства стало стилем моей жизни. И меня, и моих родственников это устраивало. Теперь я понимаю: тогда время пересмотра ценностей еще не пришло. Свечка была далеко, а берет десантника маячил рядом.

Мечты и реальность

 

– Как же ты с такими стремлениями и мечтами стал инженером-механиком автосервиса?

– После школы я хотел узнать про условия поступления в Духовную семинарию, но  не знал, к кому обратиться. К родителям и друзьям не решился. Оставалась детская мечта – голубой берет десантника, и я решил поступать в военное училище. Выбор пал на рязанское. Поехал подавать документы, но в приемной комиссии сказали, что прием закончен. Я расстроился и сказал родителям, что вообще поступать никуда не буду. Устроюсь на работу, а через год попробую еще раз поступить в военное училище. Если и на этот раз не получится, пойду служить в армию. Мои родители принялись в один голос твердить, что жизнь одна, и я не имею права добровольно портить ее. Армия никуда не денется, а получить образование необходимо. В общем, я подал документы в Саратовский государственный аграрный университет имени Вавилова и выбрал специальность инженера-механика автосервиса. Благополучно сдал экзамены и был зачислен на бюджетное отделение.

– С мечтами пришлось распрощаться?

– Нет. В университете была военная кафедра, и я уделял время военным дисциплинам и спортивным тренировкам не меньше, чем учебе. Спустя год решил не менять учебное заведение, а сконцентрироваться на будущей армейской службе.

– Как правило, молодые люди пытаются всеми способами избежать службы в армии…

– Я не знаю кто как, а я всегда считал, что каждый мужчина должен пройти армейскую службу. Поэтому вопрос служить или не служить передо мной никогда не стоял. После получения диплома я не дождался повестки и сам отправился в военкомат. Правда, столкнулся с проблемой непонимания. Родные и знакомые удивлялись, как можно хотеть служить в армии.  Мне ставились в пример друзья и одногруппники – никто из них не пожелал «выкинуть два года из жизни».

– Служба не стала разочарованием?

–Нет. Я служил в должности лейтенанта Третьей отдельной Варшаво – Берлинской бригады специального назначения, дислоцирующейся в поселке Рощинский Самарской области. Был заместителем командира роты по воспитательной работе. Мужской коллектив – это мужской коллектив, и определенный прессинг всегда присутствует. Я поставил задачу – убрать дедовщину. Оказалось, что сделать это непросто, но возможно. Со временем солдаты подружились, конечно, конфликты и разногласия были, но до драк и откровенной вражды не доходило. Много времени и сил уходило на спортивные тренировки, спецназ все-таки. Сначала трудно, а потом втягиваешься и привыкаешь. Упражнение «перенос раненого» – одно из самых сложных и трудоемких: нужно перенести на себе определенное количество километров товарища. Зато мы точно знали, что в чрезвычайной ситуации сослуживец, который находится рядом, не бросит.

– О церкви в это время не вспоминали?

– Наоборот, во время прохождения службы отчетливо понял, что должен пойти в церковь. В храме сразу почувствовал – на душе стало легче, и я начал посещать все службы. Когда служба подходила к концу, мне предложили заключить контракт. Долго колебался, все-таки у меня появилось много друзей, но пришел к выводу, что хочу служить Богу, и отказался.

 

Лейтенант-Семинарист

 

– Решение поступить в Духовную семинарию далось тяжело?

– Было нелегко. Я метался, даже хотел пойти послушником в монастырь, а потом принять постриг. Но когда поделился своими планами в церкви с батюшкой, он сказал, что такие решения нужно принимать обдуманно, ведь придется раз и навсегда отказаться от возможности создать семью, стать отцом. И я вдруг понял, что хочу не только служить Богу, но и встретить свою любовь, завести детей. Очень благодарен тому батюшке, что он помог мне избежать непоправимой ошибки. Потом были восемь месяцев работы в церкви, и я поступил в Духовную семинарию.

– Пришлось сдавать экзамены?

– Конечно. Сначала проверялось знание православных молитв, потом навыки церковного пения и, наконец, последний этап – собеседование с ректором. Конкурс при поступлении был, но я знал, что это мое, что я не могу не поступить, и поступил.

– Учиться нравится?

– Очень. Нравятся все предметы, особенно исторические дисциплины и катехизис. Трудно дается только церковное пение, я ведь никогда не занимался музыкой. Но когда что-то не получается, молюсь Богу, чтобы он сделал не так, как я хочу, а так, как ему угодно, и все становится на свои места.

– Большинство семинаристов вчерашние школьники, разница в возрасте с однокурсниками вас не смущает?

– Наоборот, в этом есть положительный момент. У нас хороший, дружный коллектив. Меня выбрали старостой. Я, как и раньше, занимаюсь спортом и закаливанием, все желающие присоединяются, а таких не мало. Каждый год ждем Крещения, чтобы искупаться в проруби.

– А семья? Живешь с родителями?

– Нет, согласно заведенному порядку, первые два курса мы живем при семинарии, а родственников навещаем в выходные.

– Планируешь создать свою семью?

– Да, я нахожусь в поиске и верю, что обязательно встречу девушку, которой уготовано стать моей женой.

– Как родственники отнеслись к такому повороту в твоей жизни?

– Сначала удивились, не поняли, отговаривали. Потом отец и младшая сестра изменили свое мнение и начали посещать службы. С мамой сложнее. Я понимаю, что она переживает из-за меня, что ей нужно подумать. Но во время нашей последней встречи она впервые за долгое время улыбнулась и сказала, что, когда я стану священником, она обязательно придет на мою первую службу. 

 

Юлия Бирюлева

Последние выпуски
№ 352 от 22 ноября 2016 г.
№ 351 от 26 ноября 2015 г.
№ 350 от 11 декабря 2014 г.
№ 349 от 16 декабря 2013 г.
№ 50 (348) 27 декабря 2012 г.
№ 49 (347) 20  26 декабря 2012 г.
№ 48 (346) 13-19 декабря 2012 г.
№ 47 (345) 6-12 декабря 2012 г.
№ 46 (344) 29 ноября  5 декабря 2012 г.
№ 45 (343) 22-28 ноября 2012 г.
 Архив новостей
О нас




статьи